«Террористка» Савченко, убийца и угонщики-рецидивисты: почему суды отпускают подозреваемых

«Террористка» Савченко, убийца и угонщики-рецидивисты: почему суды отпускают подозреваемых

Украинские суды критикуют за то, что они отпускают из-под ареста подозреваемых в тяжких преступлениях. Даже несмотря на риски того, что на свободе они совершат повторные преступления или будут давить на свидетелей. Причем причины могут быть разные: от «в суде не хватает конвоиров» до «бомбардировки» судей отводами со стороны адвокатов.

«КРАПКА» вспомнила последние громкие «выходы» и узнала, что официально и неофициально говорят об этом в ГПУ и Минюсте.

Ходит мимо дома убийцы своего мужа

Последний случай, возмутивший многих, – изменение меры пресечения боксеру Петру Очеретяному, который одним ударом убил офицера ГСО Василия Хмелюка. Очеретяному вместо СИЗО назначили домашний арест. Подозреваемый, который не признает своей вины, фактически живет по соседству с женой погибшего охранника.

«Если мне нужно в метро, ​​я прохожу мимо его дома и теперь боюсь, что могу с ним встретиться. Мне страшно было смотреть на него в суде, а теперь нас вообще ничто не разделяет», – говорит о своих опасениях вдова погибшего Алина Хмелюк.

Знаковым  было и решение Святошинского суда Киева, который в ноябре 2018 года дал возможность выйти под залог (260–330 тыс. грн) членам банды, которая профессионально занималась угоном элитных автомобилей. Причем все, как на подбор, были рецидивистами. Например, один за угон авто отсидел десять лет, в 2015 году снова попался и получил еще пять лет с отсрочкой на три года. В течение этих трех лет работники полиции снова поймали его на краже авто. Однако суд, зная это, дал ему возможность выйти под залог. Организатор этой банды тоже ранее судим за угон транспортных средств.

«Двое преступников тогда внесли залог, а один сидит. По другой аналогичной группе суд Киево-Святошинского района всем трем членам дал ночной домашний арест. К сожалению, суды на их прошлое не очень обращают внимание. Нам хотелось бы, чтобы в течение досудебного расследования их содержали под стражей, потому что таких воров очень трудно разоблачить, а тем более поймать с поличным. И даже большие суммы залогов ничего не решают: для таких людей собрать 200300 тыс. грн это вопрос одного вечера», – сказал «КРАПКЕ» спикер полиции Киевской области Николай Жукович.

Кстати, в суде тогда пояснили, что вынесли решение в соответствии с действующим законодательством. И если бы они не предложили альтернативу в виде залога, то сами считались бы нарушителями закона.

«Согласно ч. 3 ст. 183 УПК Украины следственный судья при вынесении постановления о применении меры пресечения в виде содержания под стражей обязан определить размер залога, кроме случаев, предусмотренных ч. 4 этой статьи (когда речь идет о тяжких преступлениях. Прим. «КРАПКИ»).

Подчеркиваем, что в данном конкретном случае у следственных судей не было никаких оснований не определить размер залога, а была лишь обязанность определить его размер», – сказали в Соломенском суде Киева.

МАТЕРИАЛ ПО ТЕМЕ: Суд отпустил на свободу две банды угонщиков авто – рецидивистов

Отпускают, потому что не хватает конвоиров

Другое мнение о справедливости таких решений у прокуроров. Они говорят, что существует целый ряд механизмов, позволяющих подозреваемым выходить на свободу, даже если их судят за вопиющие преступления. Иногда это происходит благодаря настойчивости адвокатов, а иногда причина в мягкости (или «дырах») законодательства.

Возможность выйти из СИЗО под залог или на домашний арест подозреваемые в преступлениях получают не сразу. Прокуроры говорят, что сначала судьи могут определять безальтернативные меры, а под конец следствия появляется альтернатива – внесение залога. В итоге же могут и размер залога уменьшить.

«При принятии решения судьи задают вопрос стороне защиты, подозреваемым: «Сколько вы можете заплатить? Сколько не можете?» Часто бывает так, что и большой залог не препятствие все зависит от того, какая у фигуранта поддержка на свободе или в криминальном мире.

Все это делается под девизом европейской практики: ссылаются на решение ЕСПЧ. Также бывает, что ссылаются на переполнение СИЗО, ненадлежащие условия содержания и тому подобное. В некоторых случаях суд ссылался на то, что конвою трудно разместить арестованных в комнатах (если в одном суде слушается несколько дел) или для таких лиц не хватает охраны. Было несколько случаев, когда дела снимали с рассмотрения из-за переполненности автозака и невозможности обеспечить охрану и размещение людей в комнате для пребывания лиц под стражей в суде. В противном случае это грозило бы жалобами со стороны арестованных на бесчеловечное обращение с ними и тому подобное.

Например, недавно в Голосеевском суде было два случая, когда конвой не доставлял обвиняемых, содержавшихся под стражей, и судьи ссылались на это как на одно из оснований для изменения меры пресечения. Причем это были члены организованных преступных групп, совершивших 15 вооруженных нападений на лотереи и учреждения микрокредитования. Их отпустили, сославшись на то, что суд переполнен, загружен и тому подобное. Хотя судьи должны также прописывать отсутствие рисков что лица, которые окажутся на свободе, не будут совершать преступления снова», – рассказали «КРАПКЕ» в прокуратуре.

Также решение суда может зависеть от епизодности совершенных преступлений, то есть от того, ловили ли фигурантов на подобном раньше.

«Скажем, похитителей задержали с поличным. Угон транспортного средства как преступление считается законченным, машину вернули потерпевшему, поэтому фактически убыток не причинен. И суд, исходя из этого, определяет размер залога. Хорошо, если эта группа находилась в разработке, были известны другие ее преступления, если можно доказать, что это у нее не первое похищение, и объединить случаи в одно производство. Тогда можно подсчитать миллионные убытки и установить миллионные залоги. А если известно об одном эпизоде, то и залог не могут сделать большим.

Например, не так давно мы направляли в суд одно дело, о квартирных мошенниках. Так организатор группы был арестован, затем вышел под залог и, находясь под следствием, пытался снять арест с квартиры, которая была предметом совершения преступления. Мы арестовали его повторно, но суд снова дал ему возможность внести залог и выйти на свободу. Дело в том, что в случаях с мошенничествами суд обязан прописать альтернативу ареста. А поскольку там был один эпизод, мы не могли рассчитывать на большой размер залога», – рассказали об особенностях работы судов прокуроры.

Они добавили, что как-то раз члены одной банды, которых суд отпустил из-под ареста, едва оказавшись на свободе, избили своего подельника, который давал против них показания.

Три причины того, почему «судебная система тяжело больна»

Стоит вспомнить и свежий пример освобождения Надежды Савченко и Владимира Рубана, которых следствие подозревает в организации теракта в правительственном квартале с целью государственного переворота, а также в сотрудничестве с боевиками «ЛДНР». От боевиков они получили оружие и взрывчатку, которую Владимир Рубан пытался провезти через блокпост «Майорск» в мебели (мины калибра 120 мм, противопехотные мины, мины для противотанкового гранатомета, автоматы Калашникова, ручные пулеметы, пистолеты, тысячи патронов, гранаты, миномет).

Оружие из «ДНР», которое Владимир Рубан вез для теракта в Киеве. Фото: Юрий Луценко / Facebook

В ГПУ утверждают, что выход Савченко и Рубана из-под ареста – это результат нежелания судей браться за резонансный процесс и работы адвокатов, которые системно «бомбили» судей отводами (за час до окончания ареста отвод был заявлен даже секретарю судебного заседания). Поэтому прокуроры не имели возможности ходатайствовать о продлении ареста.

Ситуацию прокомментировал генпрокурор Юрий Луценко. «Судебная система тяжело больна», – сказал он о ряде последних резонансных судебных решений, когда ареста избегали подозреваемые в убийстве и терроризме.

Юрий Луценко, генпрокурор

«Причина первая разрешенные законом манипуляции с бесконечными заменами адвокатов. У Савченко таких адвокатов (которые то входили в процесс, то покидали его) было восемь платных и один бесплатный, от государства. Законопроект для устранения этих злоупотреблений давно лежит в ВР.

Причина вторая критически малое количество судей в судах. 40% незаполненных вакансий приводят к тому, что отвод даже одного судьи влечет за собой передачу дела в другой суд. «Футбол» смены судов в деле Савченко Рубана с каруселью отводов на каждом этапе впечатляет: Верховный суд Черниговский районный Черниговский апелляционный Верховный суд Соломенский районный Киевский апелляционный Верховный суд Киевский апелляционный Дарницкий районный Киевский апелляционный Броварской районный.

Причина третья нежелание отдельных судей выполнять свою работу. Иначе как самоустранением трудно назвать самоотвод в этом деле только потому, что кто-то из родственников судьи проживает на оккупированной территории», сказал Юрий Луценко о выходе из-под ареста Надежды Савченко и Владимира Рубана.

Контролировать с помощью браслетов

А вот в Минюсте отмечают, что далеко не всех подозреваемых нужно содержать в изоляторах. Многим достаточно будет носить электронный браслет.

Как сказал в эксклюзивном интервью «КРАПКЕ» заместитель министра юстиции Денис Чернышев, нет смысла сажать в следственный изолятор социально неопасных лиц. Ведь если есть уверенность в том, что человек не будет оказывать давление на следствие и свидетелей, то содержание его в СИЗО – это лишняя трата денег. С помощью системы электронного мониторинга, по словам чиновника, можно экономить сотни миллионов гривен.

Денис Чернишов

«В других странах государство в основном не покупает эти системы. Ни железо, ни софт. Браслет арендуют у компаний, а тот, кто его носит, платит за его использование. В США и ЕС это примерно одна и та же цена, около 20 евро в день. И поверьте, у нас люди согласятся платить, скажем, 100 грн в день.

Вопрос вот в чем: мы, общество, должны определить, что с точки зрения нашей безопасности будет дешевле и эффективнее изолировать и пытаться ресоциализировать или надеть браслет и вернуть в общество», – отметил Денис Чернышов.

Сначала, правда, нужно создать электронную базу осужденных.

«Мы запустили два проекта с норвежцами, хотим расширить функции электронного мониторинга. Но для начала нужно создать электронную базу осужденных. Нужно понять, кто будет осуществлять мониторинг и каким должен быть его уровень. Предположим, что педофил отбыл наказание. И он на свободе или на свободе с браслетом? Мы можем обозначить на карте школы, детсады, и при его приближении система будет сигнализировать об этом», – добавил Денис Чернышов.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Сразу трое нардепов «брали» на поруки участника смертельного ДТП

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *