ЭКСПЕРТИЗА: Метод борьбы с дезинформацией – повышать медиаграмотность и критическое мышление

ЭКСПЕРТИЗА: Метод борьбы с дезинформацией – повышать медиаграмотность и критическое мышление

Евросоюз составил доклад о борьбе с фейковыми новостями, сообщает Дойче Велле.

Комиссар ЕС по цифровой экономике и обществу Мария Габриэль представила публике 244-страничный доклад о том, как бороться с заведомо лживой информацией. Сообщается, что доклад подготовили 39 специалистов, работавших над своими предложениями в течение 10 недель. В экспертную группу вошли журналисты, медиаменеджеры, профессора университетов и представители крупных американских интернет-концернов.

Эксперты предлагают отказаться от понятия «фейковая новость», которой злоупотребляют некоторые политики, например, Трамп. Вместо этого предлагается ввести термин дезинформация – неверная, ошибочная информация, распространение которой осуществляется с целью получения той или иной выгоды.

Рекомендации экспертов включают следующие моменты:

– увеличить помощь и финансирование независимых фактчекинговых организаций и тех, кто занимается медиакритикой и повышением медиаграмотности;
– крупные платформы, такие как Facebook, Google, Twitter, должны сделать более видимой информацию, заслуживающую доверия (эксперты рекомендовали таким платформам делиться информацией со СМИ о своих поисковых и рейтинговых алгоритмах, чтобы журналисты лучше понимали, какие алгоритмы в социальных сетях способствуют повышению рейтинга тех или иных новостей);
– улучшить взаимодействие социальных сетей с независимыми СМИ, и фактчекинговыми организациями, чтобы более эффективно следить за потоками новостей и проводить быструю проверку, чтобы вовремя предотвращать распространение дезинформации;
– создать Европейские центры исследования дезинформации и укрепить связи между отдельными активистами, которые занимаются фактчекингом в различных странах;
– ввести курсы медиаграмотности в школах.

В связи с этим КРАПКА решила задать вопросы украинским экспертам: могут ли они оценить, какой вред наносит дезинформация украинскому обществу? Как в украинских реалиях бороться с дезинформацией?

“Фактчекинг часто не работает, потому что опаздывает”

Аналитик Института демократии им. Пилипа Орлика, медиа эксперт Сергей Рачинский

Наша главная проблема – не низкий уровень медиаграмотности, а высокий уровень медиаапатии, т. е. безразличия к информации. Людям не нужны качественные новости, а те, что есть, их, в основном, развлекают. Изменить ситуацию можно не массовым обучением медиаграмотности, а освобождением экономики от тотального государственного контроля, что позволит людям активнее вовлекаться в экономические процессы, а это значит – самим создавать и потреблять больше самой разнообразной информации. Дезинформация в таких условиях станет очень затратной и невыгодной.

ЕС в свою очередь, больше озабочен конкуренцией с фейками в сфере политической информации, где главным источником новостей является государство. Тут не действуют рыночные механизмы, а борьба с фейками – это лишь еще один повод увеличить финансирование своих же информационных служб, как старых, так и вновь созданных для “борьбы с дезинформацией”. В настоящий момент не существует эффективных инструментов для оценки влияния фейков на поведение людей. Исследования показывают, что люди охотно читают и распространяют фейки, но, при этом, не руководствуются ими в своей жизни для принятия важных решений. Дело тут в том, что люди вообще мало доверяют политикам и государству (в Украине это особенно видно по опросам). Т. е., часто фейки, да и официальная информация, просто не принимаются людьми всерьез.

Более того, фактчекинговые организации наоборот привлекают внимание публики к фейкам, которые без них те просто не заметили бы. Поэтому, например Фейсбук отказался помечать сомнительную информацию специальным значком. Люди читали эти материалы в первую очередь. Т. е. эффект был обратным.

Невозможность практически бороться с фейками привела к тому, что Фейсбук изменил алгоритмы формирования ленты новостей, чтобы меньше показывать сообщений из медиа вообще, уделив больше внимания частным постам пользователей. Центры противодействия фейкам – это лишь бюрократические организации для потребления огромных средств из бюджета ЕС без четкого понимания того, как они собираются достичь своих результатов. Пока подобных метрик для анализа ущерба от фейков не существует, любая борьба с дезинформацией будет привлекательным направлением для всех, кто хочет заработать. Появление таких центров, наоборот, помогает тем, кто создает фейки. У них появляется повод просить еще больше денег у своих госструктур для производства еще большего числа фейков. Это как со спамом. Лучше на него не обращать внимания.

“Нужно повышать медиаграмотность и развивать критическое мышление”

Блогер Антон Ходза

Началось это все еще задолго до Майдана, и продолжается поныне. Россия унаследовала от СССР всех техники и технологии воздействия на сознание людей (все, над чем работали в КГБ в свое время). Эти техники универсальные, работают как в газетах, так и в социальных сетях. Поэтому мы каждый день сталкиваемся с манипуляциями, искажением, белым шумом и тому подобным. Россияне внимательно следят за нашими новостями и радостно подхватывают любую измену, раздувают ее. Это заметно по волнам распространения информации. Основной вред от дезинформации – деморализация общества, рассеивание внимания, прессинг на ответственных лиц, подталкивание к тем или иным действиям или выводам.

Чтобы люди знали, как отличить надежный сайт от манипулятивного, как проверять источники, понимали механику распространения информации. Ну и конечно же побольше правдоборцев, которые будут проверять факты и указывать на явные манипуляции.

“Необходимо создать условия для самоокупаемости медиа”

Глава Института публичной политики и консалтинга «ИНПОЛИТ» Сергей Быков

Важно понимать, что основным источником получения информации украинцами является традиционное телевидение. Социальные сети и интернет-медиа не имеют такой существенной аудитории в Украине, как в Штатах или странах ЕС. Более того, Facebook в феврале 2018 года обновил собственные алгоритмы ленты новостей. Теперь «лайки» фактически не имеют веса, в отличии от репостов и комментариев. Однако и развитие ботоферм теперь приносит мало результатов. Facebook создал условия, при которых самыми частыми публикациями в ленте являются публикации пользователей, с которыми вы РЕГУЛЯРНО взаимодействуете (комментируете, репостите, обмениваетесь сообщениями).

Это объясняется тем, что пользователь не платит за контент. Традиционным для Западных медиа является абонентская плата за получение контента (пример WSJ, NYT). В Украине же такая практика отсутствует, а коммерческая реклама не покрывает расходов деятельности редакции. Главное – в Украине СМИ не может быть прибыльным бизнесом без скрытой политической рекламы. Пишешь качественно, публикуешь качественные материалы – тебя читают. А если публикуешь фейки, то и читатели пропадают.

“Необходимо проверять распространителей фейков”

Глава правления Ассоциации предприятий информационных технологий Украины Эллина Шнурко-Табакова

Активная фаза с использованием всех современных инструментов началась с началом Майдана 2013 года, а горячая фаза гибридной войны обеспечивала захват Крыма и оккупацию Донбасса. Вред для украинского общества наносится как по вертикальным интересам – недоверия ветвям власти, игнорирование изменений, украинские генералы, так и в целом – преследуя основную цель – разрушение консолидации общества, дискредитация общественных ценностей.
Мы стоим на передовом крае, на нас проходят испытания технологических возможностей агрессора. Системные знания и изменения, которые разрабатываются в Европе, учитывают накопленный опыт цивилизованных стран как в формировании критического мышления, так и в обучении медиаграмотности в школах и вузах. Обмен опытом безусловно имеет одно из приоритетных значений: когда в Украине только начинались блокировки участников революции достоинства, социальные сети не обращали внимания на наши жалобы. В конечном итоге допустив вмешательство в выборы в разных странах. Теперь, когда ЕС и США имеют консолидированную позицию, владельцы соцсетей не могут не заметить их предложений и позиции – и должны сделать максимум усилий для предотвращения искажений реальной информации.

Необходимо, в первую очередь, проверять распространителей фейков, доказывать их преступную деятельность и накапливать опыт судебных практик и криминальной ответственности. Внутренние механизмы вполне позволяют социальным сетям определять связанные в сети преступные группы, аккаунты, которые нарушают условия использования сервисов. И, как уже показал опыт США, доводить дело до суда. Например миссия фейсбука – делать мир лучше через персонализацию общения. Персонализация означает ответственность. Ответственность за качество распространения информации должна стать определяющим трендом в борьбе с дезинформацией на ближайшие годы.

“Пропаганда никогда не бывает исключительно честной”

Политолог Кость Бондаренко

Если изъять из медиапространства фейковые новости, которые распространяются, в том числе, и как официальные заявления от наших политиков, как официоз от наших органов власти, то в нашем эфире будет длительное молчание. Если у нас целое министерство создано для создания фейковых новостей и информации, то что тут говорить в данной ситуации. Министерство призвано заниматься пропагандой, а она никогда не бывает исключительно честной и носит манипулятивный характер.

“Фейки и дезинформация – это сегодня норма жизни”

Сергей Власенко, народный депутат, фракция «Батькивщина», представитель ПАСЕ в Венецианской комиссии

Я считаю, что фейковые новости являются элементом гибридной войны. Поэтому и настоял, чтоб пункт о борьбе с фейковыми новостями (а не только с дезинформацией) бул включен в проект доклада.

Фактчекинг, возможно, является выходом из ситуации в развитых и ответственных обществах. У нас же, к сожалению, и отчеты фактчекинговых организаций умудряются сделать таким субъективным, что уши заворачиваются. Есть вопросы и к соблюдению журналистских стандартов. Для примера вернемся к Тимошенко – и вспомним о повсеместных случаях, когда ее действия обсуждаются тремя «экспертами» с Банковой, при этом представителей «Батькивщины» даже не приглашают. Повышение медиаграмотности населения, в том числе путем курсов для старшеклассников и студентов – это тоже очень важно.  В условиях, когда основным источником информации для молодежи становятся не традиционные СМИ, а Youtube, Instagram,Twitter и Facebook, учить ориентироваться в потоках информации нужно обязательно.

Сегодня политические рейтинги четко показывают, что большинство украинцев в состоянии отделить зерна от плевел. Это дает надежду…

“Дезинформация наносила нам ощутимый вред только до 2015 года”

Александр Курбан, политолог, эксперт в области стратегических коммуникаций

Как это не парадоксально, но в информационной мы больше приобрели, чем потеряли. Это можно сравнить с историей «Давида и Голиафа», симпатии многих на стороне слабых. На наш имидж работал тезис о том, что мы маленькие, но можем за себя постоять. Вот, только коррупционные скандалы наш имидж подрывают.

Дезинформация наносила нам ощутимый вред примерно до 2015 года. Потом ситуация выровнялась, потом мы начали успешно бороться с фейками. Мы начали критически относится к новостям, распознавать ложь, консолидировано работать в соцсетях. Мы сами того не понимая начали использовать инструменты роевого интеллекта.

Сложность в том, что мир не сталкивался с проблемами такого рода. Мы нащупываем верные решения путем проб и ошибок, системного опыта ни у кого нет. И в условиях войны нам приходится работать жестко. Это не демократично закрывать такие соцсети как «Вконтакте» и «Одноклассники». Но, с другой стороны, это оправдано. Например, я общался с одним молодым человеком. Он — ярый патриот, но при этом я слышал от него, что-то типа: «Как хорошо мы жили в СССР» и другие месседжи из российских соцсетей.

Мы должны прицельно закрывать отдельные источники информации. Это не цензура, закрывать надо тех, чьи статьи идут в разрез с Конституцией, законами. Если такого нет, редакторы работают по «серой схеме», надо раскрывать их фейки. Надо давать альтернативную информацию. Иного пути нет.

“Пока украинские журналисты проигрывают информационную войну”

Профессор КНУ им. Тараса Шевченко Алла Бойко

Сейчас ведется страшная информационная война. И тот факт, что украинские журналисты пока ее проигрывают – бесспорный. Нет государственной координации ответов на провокации, фальшивые факты, инсценированные события и тому подобное. Почти нет профессионалов, которые могли бы раскрыть враждебные Украине нападения и отбить их. Попытались создать «Информационные войска Украины», однако что-то пошло не так. И отдельные «информационные воины» отражают атаки самостоятельно в социальных сетях и в любых доступных им средствах. Недавно меня попросили из израильского телевидения прокомментировать фильм об убийствах на Майдане в феврале 2014 года. Фильм, который сняла режиссер Анна Стефан, смешная и жуткая агитка, спекулятивная и примитивна. Я указала в комментарии красноречивые «мелочи», которые полностью разрушают концепцию фильма. Его сняли с показа в Израиле. Но несколько раз показали на «1 канале» в РФ! Кстати, все якобы факты, о которых идет речь в фильме, были озвучены вчера Надеждой Савченко. То есть, информационная «мина» была заложена в другой стране, а должна была взорваться в Украине. Хорошо, что вовремя вытащили «заряд».”Полностью согласна с мнением о необходимости укрепления связей между социальными сетями и СМИ, между отдельными активистами и др. Эти связи существуют, отдельные блоггеры поддерживают их … Да, ругательствами. Смешно? Но это наши реалии. Как найти влиятельных и профессиональных людей, которые уже сегодня имеют свою аудиторию и могут транслировать правдивую информацию, давать уместные и разумные комментарии и формировать общественное мнение? Найти их так уж сложно. Стоит просмотреть, например, в Facebook посты самых популярных лиц и понять, на какую аудиторию направлена ​​информация. Ведь люди в возрасте 40-50 лет не будут серьезно вчитываться в посты 20-летних, и наоборот. А если хотя бы тысячи две-три, и еще из разных стран, то такое лицо может много ценного сделать для борьбы с фейками.

“Четыре способа обезвредить “дезу”

Политтехнолог Александр Скрипченко

Дезинформация, если только она не оплошность автора, – оружие в информационных войнах. В умелых руках оно может становится летальным. Не редко людей убивали или они совершали самоубийства вследствие манипуляции фактами или искажения  контекста тех или иных событий.

Российские политтехнологи активно используют дезинформацию в зоне боевых действий на востоке. Вспомним фейк 2016 года о том, что Минобороны Украины принял решение переманивать на украинскую сторону боевиков так называемых “ЛНР” и “ДНР”, обещая им амнистию и даже вознаграждение. Целью этого посыла была посеять смуту в офицерском и рядовом составе ВСУ и как результат отказ выполнять вышестоящие приказы.

Публикуя недостоверную информацию, они пытаются убедить украинцев, что их действия справедливы и правильны.  Чего стоит история с автозаправочной сетью БРСМ-Нафта, когда в январе этого года СМИ сообщили, что ее собственник сам добровольно отказался от своего бизнеса. А на самом деле, его бизнес за одну ночь за взятку и на основании поддельной доверенности был переоформлен на других лиц.   

К примеру, поддержка NGO, которые занимаются проверкой достоверности информации, еще больше раздует у нас пул грантоедов, а привлекать к сотрудничество соцсети и поисковые интернет систем бессмысленно, потому что алгоритмы их работы нацелены, прежде всего, на увеличение прибыли.

На международном уровне, особенно в конфликтах с агрессорами, поможет только тотальное идеологическое воспитание населения, только это не должно быть зомбирование советского образца, а именно идеологическое воспитание, которое апеллирует к критическому мышлению. Тогда гражданин, думающий национальными ценностями, будет глух к любой дезинформации внешнего врага.

Первое – нужно законодательно обязать СМИ соблюдать журналистские стандарты и ввести юридическую ответственность за их нарушения. Перепроверять информацию должны не NGO, а сами журналисты. Если они этого не делают, то просто лишаются лицензии. Второе – ввести лицензию на электронные СМИ, а те, у кого их нет нужно маркировать как те, что предлагают субъективное мнение. Третье – ввести уголовную ответственность за распространение заведомо сфабрикованной ложной информации. И, четвертое – создать открытый реестр незаконных СМИ с указанием имен их учредителей, редакторов и журналистов.

Справка КРАПКИ: Фейки и пропаганда

Фейковые новости или дезинформация подпадали под слегка устаревшее сейчас определение “пропаганды”, от лат. propago – распространяю (веру). Под пропагандой понимается открытое распространение взглядов и суждений, в том числе намеренно искаженных, для формирования общественного мнения.

При этом теоретики пропаганды утверждали, что сила ее воздействия связана скорее с уязвимостью человеческого сознания, чем со смыслом конкретного сообщения, в том числе искаженного. Так, по мнению одного из основоположников американской политологии Гарольда Ласуэлла, любой экономический или политический кризис приводит к массовому потрясению, а это усугубляет восприимчивость каждого к пропагандистскому воздействию.

С точки зрения американского педагога и философа Джона Дьюи, наиболее эффективное средство противодействия пропаганде – это качественное и современное образование, которое воспитывало бы в человеке критическое мышление, как способ противодействия иррациональному воздействию пропагандистских образов, включая фейковые новости.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *